Неточные совпадения
Раскольников перешел через площадь. Там,
на углу, стояла густая толпа народа, все мужиков. Он залез в самую густоту, заглядывая в лица. Его почему-то тянуло со всеми заговаривать. Но мужики не обращали внимания
на него и все что-то галдели про себя, сбиваясь кучками. Он постоял, подумал и пошел направо,
тротуаром, по направлению к В—му. Миновав площадь, он
попал в переулок…
Я — за ними, по траве, чтобы не слышно. Дождик переставал. Журчала вода, стекая по канавке вдоль
тротуара, и с шумом
падала в приемный колодец подземной Неглинки сквозь железную решетку. Вот у нее-то «труженики» остановились и бросили тело
на камни.
На пути попадались навстречу извозчичьи пролетки, но такую слабость, как езда
на извозчиках, дядя позволял себе только в исключительных случаях и по большим праздникам. Он и Егорушка долго шли по мощеным улицам, потом шли по улицам, где были одни только
тротуары, а мостовых не было, и в конце концов
попали на такие улицы, где не было ни мостовых, ни
тротуаров. Когда ноги и язык довели их до Малой Нижней улицы, оба они были красны и, сняв шляпы, вытирали пот.
Румянец негодования залил ее щеки; она сняла свою круглую шляпу, перчатки,
упала на колени пред образом, прямо
на грязный
тротуар, и благоговейно положила три земных поклона.
Сзади давили
на ворота, ближайшие от ворот, задыхаясь в давке, стремились назад,
падали с высокого
тротуара на мостовую,
на них лезли задние, не видя, что творится впереди.
В то время
тротуар у этого дома был очень высок, чуть не
на аршин выше мостовой. Стоявшие
на мостовой равнялись головами с поясом стоявших
на тротуаре. Всем хотелось быть ближе к воротам, ближе к цели. С мостовой влезали, хватаясь за платье стоявших выше, и
падали вместе с ними. Кто-то вдруг из передних крикнул...
Сзади — знакомая, плюхающая, как по лужам, походка. Я уже не оглядываюсь, знаю: S. Пойдет за мною до самых дверей — и потом, наверное, будет стоять внизу,
на тротуаре, и буравчиками ввинчиваться туда, наверх, в мою комнату — пока там не
упадут, скрывая чье-то преступление, шторы…
Разносчик, идя по улице с лоханью
на голове и поворачиваясь во все стороны, кричал: «Лососина, рыба живая!», а другой, шедший по
тротуару, залился, как бы вперебой ему, звончайшим тенором: «Огурчики зеленые!» Все это было так знакомо и так противно, что Калинович от досады плюнул и чуть не
попал на шляпу проходившему мимо чиновнику.
Выйдя
на тротуар, я остановился в недоумении, как останавливается человек, стараясь угадать нужную ему дверь, и, подумав, отправился в гавань, куда неизменно
попадал вообще, если гулял бесцельно. Я решил теперь, что ушел из кафе по причине простой нервности, но больше не жалел уже, что ушел.
Она отлично помнила, как она провела день и как в конце концов
попала на этот незнакомый
тротуар.
Побывав у заказчиков, Лука Александрыч зашел
на минутку к сестре, у которой пил и закусывал; от сестры пошел он к знакомому переплетчику, от переплетчика в трактир, из трактира к куму и т. д. Одним словом, когда Каштанка
попала на незнакомый
тротуар, то уже вечерело, и столяр был пьян как сапожник. Он размахивал руками и, глубоко вздыхая, бормотал...
Эти трое — первейшие забавники
на базаре: они ловили собак, навязывали им
на хвосты разбитые железные вёдра и смотрели, смеясь, как испуганное животное с громом и треском мечется по площади, лая и визжа. В сырые дни натирали доски
тротуара мылом, любуясь, как прохожий, ступив в натёртое место, скользил и
падал; связывали узелки и тюрички, наполняя их всякою дрянью, бросали
на дорогу, — их веселило, когда кто-нибудь поднимал потерянную покупку и пачкал ею руки и одежду.
Уже отправляясь
на прогулку, чинно выступая подле Дорушки, среди бесконечной вереницы пар по широкому, уличному
тротуару и глядя
на высокие дома и роскошные магазины, Дуня с ужасом думала о том, как бы ей не пришлось
попасть в число «счастливых», назначенных
на завтра в гости к попечительнице.
Уже с первых минут стало ясно, что дочь уступит матери в легкости и силе, — Нунча бежала так свободно и красиво, точно сама земля несла ее, как мать ребенка, — люди стали бросать из окон и с
тротуаров цветы под ноги ей и рукоплескали, одобряя ее криками; в два конца она опередила дочь
на четыре минуты с лишком, и Нина, разбитая, обиженная неудачей, в слезах и задыхаясь,
упала на ступени паперти, — не могла уже бежать третий раз.
На тротуаре в тени большого дома сидят, готовясь обедать, четверо мостовщиков — серые, сухие и крепкие камни. Седой старик, покрытый пылью, точно пеплом осыпан, прищурив хищный, зоркий глаз, режет ножом длинный хлеб, следя, чтобы каждый кусок был не меньше другого.
На голове у него красный вязаный колпак с кистью, она
падает ему
на лицо, старик встряхивает большой, апостольской головою, и его длинный нос попугая сопит, раздуваются ноздри.
Тротуар был очень скользкий, покрытый грязным льдом. Каретные извощики льют
на него воду. Это я помню. Я сказала Домбровичу: перейдемте улицу. Это было против какой-то больницы.
На углу у меня опять закружилась голова. Если б Домбрович меня не обхватил за талию, я бы
упала. Как отвратительно, когда голова совсем замирает…
— Папочка! папочка! — закричала я в последний раз, но вдруг поскользнулась
на тротуаре и
упала у ворот дома. Я почувствовала, как все лицо мое облилось кровью. Мгновение спустя я лишилась чувств…
— Скажите, какое происшествие! — и затем торопливо прочел: «Третьего мая в номера трактира «Дон» приехал почетный гражданин Олухов с девицею Глафирою Митхель. Оба они были в нетрезвом виде и, взяв номер, потребовали себе еще вина, после чего раздался крик девицы Митхель. Вбежавший к ним в номер лакей увидел, что Олухов, забавляясь и выставляясь из открытого окна, потерял равновесие и,
упав с высоты третьего этажа, разбил себе череп
на три части. Он был найден
на тротуаре совершенно мертвым».
По
тротуару шёл высокий плотный мужчина с белокурыми волосами. Волосы он зачесал назад, они красиво
падали из-под шляпы
на плечи, лицо у него было большое, благородное, с пышными усами. Одетый солидно, он оставлял впечатление важного, сытого барина.
Было тихо, валил снег и
падал почти перпендикулярно, настилая подушку
на тротуар и
на пустынную улицу. Никого не было прохожих, никакого звука не слышалось. Уныло и бесполезно мерцали фонари. Я отбежал шагов двести до перекрестка и остановился.
На дворе все было тихо, казачок в сенях пощелкивал орехи, кучер возле сарая чистил хомут и курил из крошечного чубука, однако и этого довольно было, чтоб отстращать ее; она прошла мимо и через четверть часа явилась
на том
тротуаре,
на котором
спал Ефим.
Не обращая внимания
на то, что с него сходил в тот день по крайней мере уже девятый пот, что его немилосердно жгло и
палило солнце в бока, в затылок, он быстро шагал по распаленному почти
тротуару около постоялых дворов, из которых в растворенные ворота его сильно обдавало запахом дегтя, кожи и навоза.
Аркадий Иванович хотел прямо броситься Васе
на шею, но так как они переходили улицу и почти над ушами их раздалось визгливое «падь-падь-пади!» — то оба, испуганные и взволнованные, добежали бегом до
тротуара.